Мы искренне желаем чтобы аквариум приносил Вам позитивные эмоции независимо от того новичок Вы или опытный аквариумист. Наша задача донести и привить красоту природы благодаря аквариумистике, приблизить природу к человеку и дать все инструменты и технологии для развития рукотворных экосистем.....

Наступление брачного периода часто зависит от доступности важнейших видов корма. Даже у попугаев, обитающих во влажных лесах с постоянным климатом, брачный период может зависеть от наличия определенных сортов орехов. Более значительные колебания в брачных периодах наблюдаются у попугаев, обитающих в саваннах и степях. Так, во многих частях Австралии дожди идут очень нерегулярно. Из-за этого возникают перебои с основным кормом птиц — семенами трав. Обитающие в этих местностях попугайчики очень хорошо приспособились к этим условиям жизни. В засушливые и бедные кормом годы они могут полностью приостанавливать свое размножение, которое в обильные осадками и кормом годы птицы уравновешивают прямо-таки форменной эйфорией размножения. Тогда возрастает не только количество снесенных яиц — нередко число инкубационных периодов увеличивается и они следуют вплотную друг за другом. Типичный пример подобной поведенческой нормы являют собой волнистые попугайчики. Их быстрому распространению в качестве комнатных птиц без сомнения способствовало то обстоятельство, что наличие регулярного и обильного корма у волнистых попугайчиков автоматически трансформировалось в потребность размножаться.

Для видов, которые преимущественно будут содержаться в вольере на открытом воздухе, может быть интересным вопрос, на какое время года падает естественный брачный период живущих на свободе птиц. Можно сказать, что почти все размножающиеся в Европе вольерные популяции уже адаптировали свой брачный период к европейским временам года. То же самое относится и к тем многочисленным видам, чья родина в Южном полушарии. Так как с недавнего времени австралийские и новозеландские виды попугаев в Европу не поставляются, то и вопроса о них нет.

Иначе обстоит дело с видами, которые происходят из самой южной части Южной Америки. Оттуда и в последнее время доставляют птиц в Европу. Вполне возможно, что такие попугаи, когда наступит время их естественного брачного периода, попытаются размножаться. Так, у автора этих строк был опыт, когда горные попугаи уже второго поколения попытались сесть на гнездо в декабре. Даже то обстоятельство, что температура была для них совсем не подходящей, не могло остановить их. Адаптация к европейским условиям наступает через несколько поколений.

Взаимоотношения попугаев и попугайчиков обоих полов строго моногамные. Это означает, что половозрелые самцы и самки образуют устойчивые пары, которые, если не вмешается какой-нибудь несчастный случай, являются брачными. И все же эти парные образования — только часть социальных связей этих птиц; отдельные пары ведут, если только вообще ведут его, лишь короткое время обособленный образ жизни. Внутри своего вида они на более или менее короткое время объединяются в группы или стаи, в которых прочные пары хотя и хранят верность друг другу, но сохраняют и поведенческие нормы молодых птиц.

Группы или стаи формируются, как правило, по окончании брачного периода; члены стаи в большинстве случаев принадлежат к одному виду. Исключения из этого правила возникают, когда речь идет об очень близких между собой видах с весьма сходными поведенческими нормами. Хорошо известны смешанные стаи, в которых наряду с желтогрудыми ара и обоими видами красного ара встречаются также отдельные ара макао. У некоторых австралийских попугайчиков уже наблюдали смешанные стаи.

Если попугая, который имитирует определенные звуки, хорошо артикулируя слова, можно побудить к повторению сказанного, то, вероятно, его можно заставить повторять слова. Но уверенным в этом нельзя быть ни в коем случае, ибо способные к говорению попугаи учатся преимущественно спонтанно и часто делают свой собственный выбор. При всем том и попу-гаи-"пересмешники", которые услышанное ими воспроизводят и при этом, в отличие от большинства других пересмешников, способны это хорошо соотносить с услышанным или подмеченным. Такое "комментирование" может легко ввести в заблуждение. Поразительно точный комментарий, конечно же, вовсе не означает, что попугай понимает, что он говорит, просто он связывает произносимое с чем-то увиденным или услышанным: он знает, что с чем совпадает, Типичным примером подобного поведения является ситуация, когда лейка, из которой обычно поливают комнатные цветы, уже начинает булькать, когда ее только наклонили. Для попугая уже сам факт, что взялись за лейку, является визуальным побудительным сигналом, и он знает, какие звуки должны за этим последовать. Когда надевают пальто и шляпу, попугай прокомментирует это употребительным в его семье выражением "пока, я пошел" даже раньше, чем человек сам успеет попрощаться; он то же самое может сказать и тогда, когда в доме никого нет.

Соответствующие побудительные мотивы могут быть также и акустического рода. Слышит попугай, как таксу часто бранит хозяйка дома, когда та лает, и совершенно неожиданно может случиться так, что и он отругает лающую таксу голосом хозяйки. Есть попугаи, которые в этом смысле достигают такого удивительного совершенства, что создается впечатление, будто они понимают смысл слов. Например, если каждый вечер покрывают клетку черным платком и четко при этом произносят "спокойной ночи!", то однажды попугай тоже скажет "спокойной ночи!", стоит ему только увидеть черный платок, даже если во всю сияет солнце. Однажды заученное слово или предложение может быть так сильно привязано к какому-нибудь визуальному или акустическому раздражителю, что попугай забывает соответствующее слово, если этот раздражитель отсутствует. Но через годы вдруг выскакивает это самое слово, стоит соответствующему раздражителю проявиться визуально или на слух.

Один из часто задаваемых вопросов — какие попугаи могут научиться говорить и среди каких видов попугаев лучшие "ораторы"? На первую часть вопроса можно ответить, что почти все попугаи могут имитировать чуждые для них звуки, но дарование к этому у разных особей может быть весьма различным. Вряд ли какой-либо другой попугай сумеет превзойти хорошо говорящего серого попугая (Жако) в имитации голоса и интонации. У серых попугаев можно точно расслышать, кому именно он подражает, потому что они произносят не только слова, но и удивительно похоже воспроизводят голос конкретного человека. В семейном кругу это нередко приводит к забавным недоразумениям: "Ты почему не отвечаешь?" — "А я думал, что это Жако спрашивает!" Или наоборот: "Я тут, что случилось?" — "Ничего, это всё Жако".

Многие амазоны, а также отдельные краснохвостые попугаи могут на учиться сносно говорить, но у них слышно, что это говорит не человек. Удивительно хорошие имитаторы, хотя и в редких случаях, встречаются среди крупных какаду. То, что и мелкие попугайчики могут быть весьма способными к подражанию человеческой речи, доказывают лепечущие уже тысячи слов волнистые попугайчики. И все-таки к этим маленьким птичкам нужно прислушиваться, так как их голоса, когда они не кричат на свой манер, слишком тонкие. Другие мелкие виды попугаев, особенно те, которые с юного возраста воспитываются в человеческом обществе, обладают небольшим словарным запасом и часто пользуются им весьма удачно — попугайчики Боурка и австралийские попугайчики. Австралийские попугайчики нередко произносят целые предложения и даже насвистывают короткие мелодии.

Подражательные способности содержащихся в доме попугаев имеют не одни только приятные стороны. Одаренные попугаи очень часто не удовлетворяются имитацией лишь разговоров. Нередко они с не меньшим удовольствием воспроизводят и другие шумы, например пылесоса, и даже если они не в состоянии перещеголять по громкости домашние бытовые приборы, то все равно это явно не услаждает слух.

Среди амазонов иногда попадаются особи, которые привозят с собой испанские словечки. И лишь те, кто понимает испанский, вскоре замечают, что их попугай овладел отнюдь не салонными выражениями. Но могут быть воспроизведены и другие звуки, которые попугай слышал в своей юности.

Среди попугаев ара лишь изредка встречаются сносные "ораторы". Голос у них в большинстве случаев каркающий, не пригодный для верной передачи звуков.

"Ораторские" способности попугая не связаны с полом. Правда, среди волнистых попугайчиков, как правило, самцы — самые старательные болтунишки, но и у них есть несомненно способные к разговору самки. У всех видов, которые вообще обладают в этом смысле разговорным талантом, существуют и способные и совершенно бездарные особи как среди самок, так и среди самцов.

Главное, чтобы ни один попугай не покупался из желания приобрести именно говорящего попугая. Ибо попугаи помимо своего гипотетического "языкового" таланта обладают многими другими хорошими качествами, которые делают их добрыми домочадцами.

Если в квартире имеется кошка, то попугайчика заводить не следует! Известен случай когда, попугайчик погиб от стресса, в тот момент, когда, кошка внезапно прыгнула на клетку и попыталась достать попугайчика. Даже при виде кошки, взрослый попугайчик, ранее не встречавшиеся с подобными животными, испытывают большое напряжение и страх. Не говоря о том, что кот или кошка может попросту однажды разнообразить свой рацион таким деликатесом как попугайчатина.
Хотя иногда кошки и попугайчики находят взаимопонимание, если попугайчик впервые видит кошку в очень молодом возрасте, а кошка не пытается съесть маленькую птичку. Но экспериментировать с этим я бы не стал...

Итак, прошло несколько дней и Ваш питомец уже несколько освоился в новой для него обстановке, он здоров, у него хороший аппетит, он подвижен и весел и начал щебетать. Однако по- прежнему
шарахается от вашей руки с кормом, а при вашем приближении начинает нервно бегать по полу клетки. Пора заняться его приручением, запаситесь выдержкой, терпением, настойчивостью, а главное, любовью к птице. Это вам очень понадобиться как сейчас, так и при обучении птицы говорить. Птица должна полюбить вас и быть любимой вами, что бы стать ручной и научиться имитировать вашу речь.

До сих пор широко бытует мнение о том, что некоторые птицы в силу ряда сложившихся ситуаций совершенно сознательно идут на самоубийство. Вот, например, как описывает одну из подобных ситуаций в стихотворении «Лебеди» известный поэт Э. Асадов.

…В лучах багровеет скальный гранит, Лебедь на жесткой траве лежит. А по спирали в зенит упруго Кругами уходит его подруга. Чуть слышно донесся гортанный крик, Белый комок над бездной повис. Затем он дрогнул, а через миг Метнулся отвесно на скалы вниз…

…Слышу я крыльев стремительный свист, Вижу красивую, гордую птицу, Камнем на землю летящую вниз…

Казалось бы, все предельно ясно: потеряв любимого, гордая лебедушка кончает жизнь самоубийством, падая «камнем на землю…» Ничего не скажешь: описанное захватывает, но… Нисколько не умаляя литературные достоинства этого остросюжетного произведения Э. Асадова, вынужден огорчить читателей тем, что описанное базируется только на поэтическом воображении: в природе такого никогда не может случиться. Автору приходилось наблюдать на Дальнем Востоке, в Заполярье, на Черном, Каспийском п Азовском морях, как, по разным причинам теряя партнера, стая или пара шипунов, кликунов и малых или тундровых лебедей в конечном итоге улетала без каких бы то ни было попыток падать «камнем на землю», в воду.

Вся психическая жизнь птиц основана только на рефлексах и состоит из цепи инстинктивных действий, которая, правда, не вполне замкнута. К тому же лебеди, увы, отнюдь не самые «умные» из птиц, о чем свидетельствуют многолетние опыты замечательного натуралиста О. Хейнрота. Так, если держать совместно на пруду около дюжины лебедей, к весне водоемом почти безраздельно завладеет какая-либо пара и» других птиц не будет туда пускать. Незадачливые лебеди будут лежать на берегу, едва-едва осмеливаясь купаться и пить. Даже если отловить «захватчиков» и демонстративно пронести их мимо остальных — они так и не сдвинутся с места. Пройдут долгие часы, пока один из изгнанников, изнемогая от жажды, нерешительно спустится в воду и, видя, что никто его не изгоняет, поплывет, держась вблизи «спасительного» берега. Ну а остальные? Пройдет еще полдня, а то и больше, пока другие лебеди не поступят так же. Бросается в глаза беспомощность лебедя, когда он в оттепель ходит по льду. Набредет на лужу глубиной в несколько миллиметров, тотчас же ложится в нее, стараясь стремительно «плыть» вместо того, чтобы ее попросту перейти. Для сравнения заметим, что те же гуси и утки никогда не пытаются плавать в воде, если глубина ее для этого недостаточна.

Среди любителей природы распространено мнение, что некоторые хорошо ныряющие водоплавающие — большая и серощекая поганки, крохали, отдельные нырковые (или морские) утки — якобы предпочитают покончить жизнь самоубийством, нежели попасть в руки человека или в пасть охотничьей собаки. Эти птицы, мол, глубоко ныряют, иногда (по утверждению «очевидцев») отчаянно кричат, мертвой хваткой судорожно хватаются за подводные растения клювом или ногами и погибают под водой, «не желая» вынырнуть. Ну а раненые лысухи тоже иногда «кончают жизнь самоубийством» по-своему: резко вонзают острый коготь одного из пальцев в кожу подклювья или в шею и тонут, запутываясь в густых зарослях водных растений.

Животные и суеверия в XX веке? И сейчас еще с «таинственным» поведением отдельных животных связывают разные нелепицы и небылицы, рожденные во тьме невежества. Среди этих животных есть и птицы, сомнительная известность которых закреплена даже в научной литературе. В старинной монографии «Жизнеописание животных бессловесных», изданной в Москве в 1903 году, автор писал, что «козодой имя приобрел от доения или сосания коз» и «убедительно» доказал, что у несчастных коз, которых доят козодои, засыхают соски и пропадает молоко. И сейчас современное латинхкое название «СарптииБ» в переводе означает «тот, кто доит козу». Название происходит от латинского слова «сарга» — «коза» и «ггшепе» — «доить».
Поверье о козодое объясняется просто. Козодой — ночной охотник, когда в сумерках умолкают птицы, он вылетает на охоту. Большие выпуклые глаза, большой разрез рта, по углам которого особые черные щетинки, бесшумный полет — все это помогает ему ловить на лету насекомых, летающих в вечерние и ночные часы: бабочек различных шелкопрядов, совок, листоверток, многих молей. Очень охотно охотится при свете фонарей во время вечернего доения коров и коз. Делая широкие взмахи крыльев, птица словно пританцовывает в воздухе, или, наоборот, схватывая насекомых, собирающихся у коров, коз, овец и их помета, выписывает сложнейшие виражи. На фоне монументальных буренок миниатюрный козодой смотрится совсем уж неубедительно, вот древние выдумщики и приписали ему способность доить более мелких домашних животных — коз. К тому же вспугнутый днем, козодой, внезапно вырываясь изпод ног, так же внезапно и бесследно исчезает, словно проваливается сквозь землю. Но и в этом нет ничего удивительного, так как бурокоричневатосерое оперение, усеянное пестринами, отлично маскирует его на фоне листовой подстилки, хвои, сухой травы, веточек в лесу, лесополосах — излюбленных местах гнездования козодоя, которого более справедливо и правильнее называют полуночником.
Не лучшего мнения до сих пор многие и о всех совах. С незапамятных времен они приковывали к себе внимание человека. Пораженный их большеголовостью, он был склонен приписывать этим пернатым особый «ум», наделять их сверхъестественными свойствами. Зловещий ореол таинственности вокруг сов был создан еще древними сказителями, передававшими свои домыслы из уст в уста, .из поколения в поколения. Огромные, как будто осмысленные направленные вперед глаза сов словно гипнотизировали суеверных людей, как бы внушая: «Тот, кто хорошо видит даже в темноте, видит и знает много!» Стоит ли после этого удивляться, что именно с совами “связано множество Легенд и поверий об их способностях давать полезные советы, но чаще творить злодеяния и предсказывать беду. Стоило, например, еще в 216 году до нашей эры Ганнибалу уничтожить при Каннах римскую армию, как побежденные заявили, что беду накликали совы, которые перед сражением зловеще кричали всю ночь.
Символом потустороннего мира, смерти считали сову древние египтяне, в старых сказаниях Армении ее отождествляли с дьяволом и противопоставляли Христу, по Библии сова — «нечистая» птица. Ничуть не лучшего мнения были о совах и в России. И хотя еще в древнегреческих мифах богиню Мудрости всегда сопровождала сова, врагов у нее было куда больше, чем друзей. Следы такой многовековой недоброжелательности сохранились даже в современной научной терминологии. Вот факты. Совы относятся к отряду «5хт’§11:огтез». Название происходит от латинского слова «этих» — «сова», а последнее, в свою очередь, от слова «striga» — «ведьма». Комментарии, как говорится, излишни. Итак, приносят ли совы несчастье?
Исторические материалы свидетельствуют о том, что раньше на этот счет у людей было только одно безапелляционное мнение: да, приносят. И не несчастье, а вообще все беды, которые только могут обрушиться на человека! Странные, таинственные, коварные, опасные — вот далеко не полный перечень эпитетов, даваемых этим птицам. Такое явно недоброжелательное отношение человека к совам имеет глубокие исторические корни. Еще в старинных рукописных книгах встречаются упоминания о совах, как о «нечистых» животных. Позже за ними прочно укрепилось мнение о том, что они не только частенько бывали спутниками ведьм, но и сами ведьмы являлись к людям в образе различных сов. На множестве полотен, картинных галерей мира, изображающих ад, шабаш ведьм, присутствуют различные, мягко говоря, стилизованные изображения сов. На некоторых картинах с крыльями сов изображен и сатана.
Мистический религиозный страх перед этими безобидными животными сочетался у людей с абсурдными и дикими представлениями об образе жизни сов. Это и приводило к тому, что столетиями люди бессмысленно, но, к сожалению, усиленно и успешно уничтожали всех сов без исключения. Слепая, ничем не оправданная ненависть человека к совам в те мрачные времена имела место даже в наиболее развитых странах. Во Франции, например, убитых сов нередко подвешивали рядом с домами, что считалось у французских крестьян обычным средством защиты от злых духов и нечистой силы. И до сих пор коегде во Франции (например, в департаменте Лот) существует жестокий обычай: над входом в зернохранилище крестьян прибивают живую сову, чтобы отпугивать мышей. Недобрый вклад внесли в кампанию по массовому истреблению сов и некоторые ученые. Еще в 1900 году в этой стране вышел «серьезный научный труд» одного известного французского зоолога. Книга эта называлась вполне недвусмысленно — «Противные животные». В нем нашлось место и для различных сов.
Между тем, «противные животные» не только не вредят, а, наоборот, приносят огромную пользу, уничтожая фактически повсеместно разнообразных вредителей огородов, полей, лесов. Просто у человека не хватило терпения спокойно н деловито разобраться в «проблеме» сов, которую он, по сути говоря, сам и создал. Долгое время попросту не могли объяснить, цочему эти птицы, ведущие преимущественно сумеречноночной образ жизни, могут, например, внезапно бесшумно появиться и так же внезапно бесшумно исчезнуть. А некоторые особенности поведения сов объясняли весьма своеобразно. Так, обыкновенная неясыть издавна считалась в скандинавских странах вестницей смерти. Крик ее «клевит, клевит» созвучен с норвежским словом «оденься в белое», и в былые времена люди истолковывали его просто и примитивно: кричит неясыть, значит, поблизости в чьемто доме будет беда, ктото умрет и будет одет I! белый саван.
Испытывая тяжесть многовековой истребительной кампании, во многих странах совы старались держаться подальше от людей: селились в развалинах, многолетних дуплистых деревьях старых парков и кладбищ, в изломах и трещинах могильных курганов. Немногие смельчаки, которым удавалось рассмотреть сов поближе, пугались их необычного внешнего вида: «недоброго» взгляда огромных глаз, окаймленных широкими лицевыми дисками, крючковатого клюва. К тому же, увидев рядом с собой человека и стараясь его испугать, совы шипят, угрожающе щелкают клювом, распускают оперение (от’ чего сразу кажутся намного больше) и растопыривают крылья. Способность сов в сумерках и ночью оглашать окрестности свистом, воплями, мяуканьем и другими малоприятными пугающими несведущего человека звуками заставляла последнего предвзято и с опаской относиться к этим «пернатым кошкам».
По словам известного польского популяризатора 15. Пухальского «нынче уже никто не верит в рожденные во тьме человеческой глупости сказки, что орлы похищают детей, сипы — хромых, а совы — зовут на кладбище». Значит, худшие времена для сов позади? Тем более что, казалось бы, сейчас, в XX веке, наука вдребезги разбила все предрассудки, связанные с совами? К сожалению, на эти злободневные вопросы можно дать лишь половинчатый ответ.
Да, отчасти проблема сов решена. Но, увы, только отчасти. Но тогда почему же? Попытаемся объяснить словами того же В. Пухальского, который, несколько противореча сам себе, с горечью вынужден констатировать, что даже образованные люди могут повторять различные выдумки об этих птицах.
Численность многих видов сов повсеместно заметно сокращается. Все реже и реже встречается в различных природных угодьях самая крупная из сов — обыкновенный филин. До сих пор некоторые принимают филина за дьявола в птичьем обличье изза своеобразных пучков перьев, которые торчат у него на голове, как подобие рожков, до сих пор внушает страх его крик, в котором, как пишет известный норвежский натуралист С. Фельдстад, многим «чудится чтото человеческое». А крупная белая сова, прилетающая глубокой осенью и зимой в густонаселенные юговосточные районы Европейской части СССР из Заполярья, в сумерках напоминает некоторым привидение.
Практически все 18 видов, обитающих в нашей стране, интересны для нас не только как активные враги вредителей полей и лесов, но и как уникальные природные приспособления сов выдвинули их на почетное место среди объектов изучения молодой науки — бионики. Поэтому необходимо интенсивно пропагандировать научно достоверные данные об этих своеобразных животных. Такая пропаганда должна сочетаться с четко продуманной и эффективной системой их охраны.

Ворон является жителем обширных лесов в равнинах и горах, прилегающих к полям, лугам и водам. Он скорее оседлая, чем кочевая птица, хотя осенью он и залетает далеко от мест своего гнездованья, но летом никогда не удаляется далеко от своего места оседлости и каждый вечер обязательно возвращается в своей лес, чтобы переночевать на высоком дереве.

У нас он гнездится в лесах, на очень высоких деревьях различных пород, в разселинах скал, на обрывах и в развалинах особенно высоких зданий. Птенцов выводит ранней весной, при чем родители очень заботятся о своем потомстве, но как только птенцы вырастут, вылетят из гнезда и научатся сами кормиться, они изгоняются из района поселения их родителей. Ворон крайне сварливая, неуживчивая птица, не терпящая вблизи себя других врановых птиц, к роду которых принадлежит и сам ворон. Даже зимой в поисках ворон не посещает населенных мест. Завидев падаль, служащую ему любимой пищей, он сначала описывает над ней несколько кругов и в борьбе за еду не боится вступать в бой с другими хищными птицами и даже треплет сарычей, встречая их на падали. Кроме падали, он пожирает и всякую живность, водящуюся в лесу: зайцев, тетеревов, куропаток, разных мелких животных, лягушек, моллюсков, улиток, червей, птенцов, птичьи яйца, а зимой все, что можно найти в кучах отбросов. По берегам морей он есть даже трупы прибитых волнами морских животных. Одним словом, он, как настоящая хищная птица, ест все из живого мира, что может схватить клювом и когтями и количеством пожираемого им съестного просто невероятно для чего размеров. Как хищник, он, конечно, приносит большой вред. Но, поедая полезных птиц и животных, он не брезгует и различными мелкими и крупными насекомыми, улитками, червями, также очищая поля и леса от падали. При случае также ловит мышей и других вредных грызунов и этим отчасти искупает свое вредительство. Поедая же падаль, он действует как санитар.

В общем, это умная, ловкая, хитрая и осторожная птица. В неволе, взятая птенцом, легко приручается, поддается дрессировке, даже отлично может говорить, не хуже попугая, и привязывается к своим хозяевам.

Ходит ворон мерными шагами, но может также хорошо и далеко прыгать. Летает хорошо и в хорошую погоду, паря в воздухе, забирается спиралью так высоко вверх, что почти исчезает из глаз. Своим парящим полетом, похожим на полет хищных птиц, он отличается от остальных врановых птиц, к которым принадлежит.

Величина ворона 57 сантиметров; хвост у него округленный, клюв сильно изогнутый, оперение совершенно черное с синеватым и зеленоватым отливом.